Признаться, когда на анимационной студии мне сказали, что этот фильм надо «спасать звуком», я был несколько удивлен. Мультфильм о двух детективах – крокодиле и карлике – и творящем козни парагвайском злыдне, был задуман ещеАлександром Татарским (правда, как полнометражный); увиденное, в общем, мне понравилось – что же тут спасать! Просто сделать достойный саунд-дизайн…
Однако «просто сделать» оказалось не так-то просто. Фильм насыщен действиями, событиями – причем порой ну совершенно нереальными. Конечно, это нормально и правильно для анимации, однако простоты в создании саундтрека не добавляет. Звуки-то зачастую нужны такие же нереальные, причем подчеркивающие запредельность и эксцентричность происходящего на экране!
Зато и фантазию можно не сдерживать – в анимации «ничто не бывает слишком».
Забегая немного вперед скажу, что в результате всех изысканий звук (без музыки и актерских реплик) к этому, в общем, небольшому мультфильму – два по 3,5 минуты – сводился на почти двадцати дорожках; некоторые элементы создавались отдельно и только потом вставлялись в общий проект, дабы число треков не расползлось еще вдвое.
Придумывать пришлось многое – и это было чрезвычайно интересно! На несколько недель я ушел в звуки с головой. Иногда решения были относительно простыми, иногда… Ух!.. К сравнительно простым можно отнести, например, «злобные» звуки дирижабля и выдвигающейся из него длинной гофрированной трубы. В ход пошли записи двигателей и полевых генераторов, обработанное мычание и рычание (человеческим голосом), а также некоторые чисто синтезированные заготовки. Звук трубы триедин – он получился из соединения заводящейся бензопилы (один из немногих звуков в этой работе, которые я не записывал сам), пониженного вдвое звука выдвигающейся каретки старого CD-привода и звука, весьма напоминающего, пардон, шумное испускание кишечных газов (полученный вполне естественным, но более пристойным – и, я бы даже сказал, приятным – способом ^[1]).
А вот все звуки, связанные с мусором, оказались довольно-таки сложными. Нужно было отобразить разнородность, сыпучесть и одновременно влажность. В результате составляющих получилось очень много. Среди них – шумы и шорохи различных мелких предметов, которые складывались в большую сумку и перетряхивались у микрофона, а также по одному бросались в мусоропровод (к слову, скрип мусоропроводнолго совка тоже вошел в проект как звук распахивающегося люка); к этим звукам примешивались шуршание ткани, мятые бумажки, шлепки больших желатиновых пластов, чавканья и хлюпанья… В засасывание того же мусора были добавлены скрипичные сэмплы и звуки втягиваемого ртом воздуха.
Во взрывы «мусорных» алмазов примешивались звуки салютных пушек и петард (благо однажды мне удалось их записать с весьма близкого расстояния, уговорив охрану пропустить меня за кордон) и удары по настоящему большому мусорному баку. Затем сведенные взрывы раскладывались по панораме и обрабатывались ревером в зависимости от положения в кадре.
Конечно, были и совсем простые звуки. Стук курительных трубок, например, делался крупными карандашами, а их поедание – разгрызанием морковки. Все звуки, связанные с винилом – винилом же с добавлением бумажного шуршания, а также программой «AnalogX Scratch». «Смазки» и «наезды камеры» делались в основном из звуков выдвигающихся ящиков стола и буфета. Телефонный звонок – из старого будильника. Перечислять можно долго.
Но об одном таком звуке всё же скажу еще отдельно. В анимации часто подчеркивается хлопанье глаз; как правило для этого используются похожие друг на друга чпокающие звуки – мне же не хотелось банальности. Немного поэкспериментировав, я соединил 2-3 сэмпла раритетной драм-машинки «Ace Tone Rhythm», так что герои фильма хлопают глазами вполне drum`aтично и весьма ударно.
Некоторые элементы звуковой дорожки попадали в неё весьма неожиданно и почти курьезно. Например, звук, сопровождающий выскакивание королевских гвардейцев, появился как бы сам собой, когда я возвращался со студии, где мы обсуждали в том числе и этот момент фильма (работал я «полуудаленно»: делал некоторую версию звукоряда, отправлял её на студию, затем приезжал – и мы устраивали разбор полетов с мозговым штурмом, после которого я ехал к себе работать дальше); возле лифта я взглянул на ряды почтовых ящиков – и как-то неожиданно для самого себя вынул из кармана авторучку и провел ею по железным дверцам.
А звук, сопровождающий появление почтовых марок, появился у меня незадолго до начала работы над фильмом; в отпуске я при пересечении границы – сам не зная, для чего,– включил портастудию и записал, как пограничник ставит штамп в паспорт…
Позволил я себе и некоторые маленькиешалости (в такой кропотливой работе как же без этого!). Например, в качестве криков митингующей толпы были вставлены сильно забуратиненные вопли австралийских фанатов перед концертом одной ну очень известной группы.
К счастью, – поскольку это крепко облегчало работу, – кфильму была уже подобрана музыка (мне лишь пришлось сделать легкий ремастеринг, а также «вылечить» встречавшееся клиппирование), основная часть актерских реплик записана – надо было только выбрать удачные дубли и расставить по местам (правда, и здесь пришлось поработать, т.к. часть материала была записана с довольно низким уровнем звука, а часть – с явным перегрузом).  Но вот нужный голос для «справочных вставок» в духе дикторов старой школы на студии найти не смогли – у меня же он был: с Анной Ковалевой мы учились в институте, и с момента создания «Аудио Театра» она приняла участие во множестве наших проектов (от «Бубна верхнего мира» до «Улитки на склоне»). Её голос был «состарен» с помощью прекрасной штуки «iZotope Vinyl» (этим же плагином была обработана часть музыки).
Объявление в аэропорту озвучила мой помощник Ольга Герасименко; над её голосом я поиздевался еще больше: читала Ольга в старый советский микрофон, какими комплектовались бытовые магнитофоны, звук шел на компьютерную колонку «Aiwa SC-C47» (в свое время одни из лучших среди пластиковых), с которой, как с комбика, уже снимался конденсаторной стереопарой, а затем в компьютере обрабатывался «WaveSurround». В результате объявление получилось «как настоящее» и хорошо вписалось в атмосферу аэропорта (записанную в Шереметьево – благо недалеко).
В общем, как всегда, о создаваемом оформлении я могу говорить очень долго. Только не спрашивайте меня, как эти разнородные и порой, казалось бы, не сочетаемые элементы, связываются и сводятся в единую звуковую картинку.
Сам никогда этого не понимал.

  

::: Использование материалов сайта с ведома автора всячески приветствуется :::
::: Дизайн © Феоfaн С. Отрастутьев :::